Всю ночь она не спала. То вставала, то ложилась, подходила к окну, прислушивалась к дыханию матери за стеной. Ей казалось, стоит ей закрыть глаза — и Макар выполнит свою угрозу. Утро принесло ей встречу, которая изменила всё, хотя сама Леся ещё не знала этого.
Она ехала в небольшом городском автобусе и вдруг увидела среди пассажиров ту самую старушку со двора Дарины. Сначала Леся не решалась подойти. Пожилая женщина собиралась выходить, и Лесю будто что-то толкнуло следом. Она выскочила на остановке почти бегом.
— Подождите! — позвала она.
Старушка обернулась.
— Вы ведь бабушка Дарины? Мы виделись у вашего дома.
— А, узнала, — сказала женщина, вглядываясь. — Это ты тогда приходила.
Леся перевела дыхание.
— Можно спросить вас? Только честно. Я встречалась с Макаром. Даже замуж собиралась. А теперь не знаю, как от него избавиться. Он угрожает мне.
Лицо старушки помрачнело.
— Ох, беда. И тебя угораздило…
— Что между ним и Дариной случилось? Она не захотела говорить.
Пожилая женщина огляделась, словно решая, можно ли произносить всё это посреди улицы. Потом тихо, но сердито сказала:
— Наша Даринка тоже никого не слушала. Больше года с ним ходила. А потом он начал её обижать. Сначала словом, потом хуже. Она захотела уйти, а он не отпускал. Следил, караулил, пугал. Почти как ты сейчас рассказываешь. Дарина молчала, боялась нас тревожить.
Старушка тяжело вздохнула.
Леся видела, что говорить ей трудно. Пожилая женщина то сжимала ручку сумки, то поправляла платок, словно каждое воспоминание было занозой, которую приходится вытаскивать заново. В её голосе не было ни любопытства, ни желания пересказать чужую беду ради разговора. Было только усталое, горькое знание, каким делятся неохотно, но всё-таки делятся, если это может кого-то спасти.
— Потом она встретила Марко. Он спортсмен, боксом занимается, серьёзный парень. Дарина будто ожила. Макар сначала притих, будто смирился. А потом обманом заманил её к себе и поступил так подло, что вспоминать не хочется. Сказал ещё, будто сделал ей «подарок на прощание». Она опять молчала. Только когда узнала, что ждёт ребёнка, призналась.
Леся слушала, не чувствуя ног.
— С Марко она тогда разошлась, боялась, что он узнает и убьёт Макара. Его могли бы посадить, спорт бы закончился. А Марко всё равно узнал. Но не бросил её. Сказал, что ребёнка примет как своего. А Макар потом тоже прознал про беременность и пришёл к дому. Я как раз вышла, будто сердце подсказало. Увидела, как он к Дарине пристаёт. Вызвала помощь, сказала, что хулиган у дома крутится и людей пугает. Не знаю, насколько это на него подействовало, но больше он у нас не появлялся.
— Что же мне делать? — едва слышно спросила Леся.
Вопрос прозвучал почти по-детски, и Леся сама услышала в нём беспомощность. Ещё недавно она считала себя взрослой, готовой к браку, способной спорить с матерью и распоряжаться своей судьбой. Теперь же стояла перед чужой бабушкой на тротуаре и ждала, что та назовёт простой выход. Но простого выхода не было. Любая дорога вела через страх, только оставаться на месте означало дать Макару ещё больше власти.
— Иди в полицию. Расскажи всё: и угрозы, и преследование. Такому место не рядом с девушками. Жаль, Дарина тогда не написала заявление. Она до сих пор его боится.
Старушка ещё какое-то время ругала Макара, потом спохватилась, что опаздывает по делам, и, прощаясь, крепко сжала Лесину руку.
— Спасайся, девочка. Пока не поздно.
Леся поблагодарила её и пошла вдоль тротуара, почти ничего перед собой не видя. В голове звучали обрывки рассказа, один страшнее другого. Она не успела пройти и нескольких шагов, как рядом резко просигналила машина. Леся вздрогнула всем телом. У обочины стоял знакомый автомобиль, а за рулём улыбался Макар…
