После этих слов тишина стала почти осязаемой. Ярина сидела с приоткрытым ртом и смотрела на Тараса так, будто ждала от него немедленного объяснения. Но он не смеялся и не возмущался. Он вцепился в подлокотник кресла, и пальцы его побелели.
Оксана чувствовала, как сердце бьётся где-то у горла, но письмо ещё не закончилось.
Прошу тебя, моя девочка, не отдавай эти деньги Тарасу. Даже если он станет просить, унижаться, уверять, что всё понял, обещать вернуться. Он уже сделал выбор. Он предпочёл лёгкость, развлечения и молодое лицо тому сердцу, которое много лет было ему верно.
Живи для себя. Купи себе хорошее жильё, поезжай туда, куда давно хотела, посмотри мир, который ты всё время откладывала ради других. Если сможешь, впусти в свою жизнь человека, который будет не пользоваться тобой, а беречь. Ты ещё молодая, красивая, и впереди у тебя не пустое место, а время. Твоё время. Ты заслужила счастье.
А Тарасу пусть хватит того, что он получил. Может быть, однажды этого окажется достаточно, чтобы он понял цену любви, заботы и человеческой преданности.
Твоя мама, Галина Остаповна.
Да, именно мама. Потому что дочерью для меня была ты.
Оксана сложила листы так бережно, словно закрывала ладонями последнее тепло. Перед ней лежало не просто письмо, а признание, которого она ждала много лет и уже перестала ждать. Тарас сидел напротив уже не победителем, а человеком, у которого на глазах сорвали блестящую маску. Впервые за долгое время она увидела его растерянным, пустым, почти испуганным…
