Павел попросил следователя обеспечить сохранность и осмотр устройств, на которых хранилась переписка, а также официально запросить почтовые данные. Самира согласилась на осмотр в присутствии своего юриста. Проверка платежа показала, что компания с похожим названием принадлежала деловому партнёру бывшего помощника Амира. Фиктивный консультационный аванс вскоре вернулся на контролируемый Амиром проектный счёт. Признать это означало признать и собственную вину: Самира удерживала телефон Анны, подложила колье и считала давление допустимым способом исполнить сделку.
Анна могла бы немедленно опубликовать письма и попытаться выиграть спор в глазах знакомых. Несколько человек советовали именно это. Павел предупредил, что публичная перепалка способна повлиять на показания свидетелей, раскрыть ход расследования и дать защите повод заявить о давлении. Анна стиснула зубы и промолчала. Раньше молчание было её привычкой уступать; теперь оно стало осознанной частью плана, в котором сроки определяла уже она.
После отдельных допросов следователь провёл очную ставку Анны с Самирой. Та сидела напротив без украшений и почти не смотрела на невестку. — Амир сказал, что ты сама предложила использовать своё имя и студию за вознаграждение. Что после свадьбы передумаешь, если мы не возьмём подпись сразу. Я поверила сыну, потому что иначе пришлось бы признать: семейное дело рушится, а я ничего не могу сделать.
— Вы всё равно слышали моё «нет», — ответила Анна.
Самира сжала пальцы. — Слышала. И всё равно закрыла дверь.
Амира допрашивали отдельно, в присутствии его юриста. Он назвал переписку недоразумением и утверждал, что Анна сначала согласилась устно, а затем решила использовать кризис семьи. На вопрос о ложном почтовом ящике ответил, что телефон потерян, а пароль забыт. Во время опроса Лейла сообщила: на служебном компьютере каждую ночь автоматически создавалась резервная копия рабочих папок и почтовых вложений.
Лейла передала следователю доступные ей платёжные реестры и указала, где хранилась резервная копия; сам компьютер изъяли и исследовали специалисты. До брачной ночи у неё были лишь подозрения. Перед тем как войти в спальню, Лейла запасным ключом открыла ящик в семейном кабинете, забрала паспорт и спрятала его под вставку коробочки с уже починенным колье. Коробочку она оставила на столе в соседней комнате, откуда её позже забрала Самира. Услышав отказ Анны, Лейла поняла, что молчание сделает её соучастницей, и передала карточку от лифта. После побега Анны она ушла из дома Набиля, вместе с дочерью и матерью остановилась у родственницы и только тогда решилась дать показания.
Платёжные реестры наконец показали источник денежной дыры: её создал сам Амир. Без согласования с семьёй он перечислил огромную предоплату сомнительному поставщику, который обещал невозможную скидку на срочную поставку. Когда основная сумма исчезла, Амир спрятал операцию среди обычных счетов. Свадьбу он торопил не из любви к красивой дате: в конце месяца внутренняя проверка обнаружила бы перевод, подтверждённый его личным кодом…
