Андрей всё понял без расспросов. Ирина еле стояла, и он подхватил её под руку. Они сели в машину и помчались в деревню.
По дороге её ошеломила ещё одна мысль: где взять столько денег? Надо занимать, но кто даст? Ирина заговорила о фермере — придётся идти к нему.
— Никуда ты не пойдёшь, — ответил Андрей, сосредоточенно глядя на дорогу. — Расходы я возьму на себя. Я ведь уже работал, зарплата есть. И родители помогают.
— Они будут против, — робко возразила она, вытирая слёзы, которые никак не кончались.
— Я не собираюсь спрашивать разрешения. Если у тебя горе, значит, и у меня.
Через четыре часа они приехали. Максим ждал у ворот; брат с сестрой обнялись и заплакали. Вокруг стояли соседи, шептались: вон какого жениха Ирка привезла.
— Ирочка, мы на похороны немного собрали, — выступила вперёд тётя Люба.
— Спасибо, не надо. Мы справимся, — покачала головой девушка.
Андрей подошёл, обнял её за плечи. Соседка оценивающе посмотрела на него, понимающе кивнула, но конверт всё-таки протянула.
— От людской помощи не отказываются, милая. Возьми, расходы ещё будут. Председатель сказал, завтра маму вашу с бабушкой из морга забирать. И купить всё надо, и могилки выкопать, и поминки устроить. Мы поможем, не тревожься. В столовой приготовим, на кладбище и дома всё сделаем как полагается.
Пробормотав благодарность, Ирина взяла деньги. Дальнейшее осталось как в тумане: райцентр, врачи, ритуальная компания, морг.
Ирина с Максимом сидели рядом, прижавшись друг к другу, как цыплята. Они почти не говорили: плакать уже не было сил. Но Ирина всё равно старалась поддержать брата. Она была старшей и понимала, что ему досталось ещё тяжелее: он остался дома один, когда умерла мама, а потом у него на руках не стало бабушки.
Андрей не отходил от них. В ту ночь он особенно ясно понял, насколько дорога ему Ирина.
В её доме он оказался впервые. Увиденное немного потрясло: не представлял, что и сейчас можно жить настолько бедно. Побелка на стенах, неровные потолки с проступившими матицами, старые рамы. Мебель, телевизор — всё старое. Чисто, но до чего скудно.
Дорогой компьютер в комнате Максима казался здесь чужим. Незадолго до смерти Оксана накопила на него сыну. Он мечтал стать программистом, уже пробовал создавать игры, писал программы.
Зато усадьба удивила простором. Построек было немного: полуразрушенный сарай, углярка да кривая баня. Но возле крыльца цвели клумбы, дальше лежал огород, а за ним тот самый сад — яблони, груши, сливы, кустарники. Осенью здесь, должно быть, рай. Всё это создали своими руками мама Ирины и её бабушка, чьи жизни оборвались разом.
На похоронах Ирина поняла, что ошибалась: слёзы не кончились. Плакала безудержно, рядом подвывал Максим. Сельчане, недавно со злорадством пересуживавшие Оксану, теперь рыдали навзрыд. Жалели и Галину Степановну, душевную старушку.
Никому из них ни мать, ни дочь не сделали зла, и всё же обеих пришлось хоронить в один день. В такое горе и вправду поверишь: написанного на роду ни на какой телеге не объедешь.
— Сиротинки… Несчастные вы наши, — приговаривали люди, обнимая брата с сестрой.
У могил матери и бабушки они с особенной остротой почувствовали, что остались одни. И всё-таки рядом был Андрей — как стена, за которую можно держаться.
Через три дня после похорон ему пришлось уехать: впереди были вручение диплома и новая работа. Он обещал вернуться, и Ирина не сомневалась, что вернётся.
Об экзаменах Максим после похорон словно забыл. Ирине пришлось заняться братом: поддерживать его, возвращать к подготовке. Постепенно это стало помогать, но от прежних планов он всё равно отказывался — в этом году поступать никуда не собирался.
— Как же так? — Ирина покачала головой. — Ты ведь хотел в технический университет. У тебя получится, я в тебя верю.
— Допустим, на бюджет я пройду. А жить на что, сестрёнка? Хотя бы поначалу?
— Я тебя поддержу.
— Ты же пока и сама без работы.
— Справимся как-нибудь. Не поступишь — в армию ведь призовут.
— Значит, пойду служить, — упрямо ответил Максим.
Ирина оставляла себе надежду на экзамены. Сдаст брат всё на отлично, почувствует, что ему по силам учиться дальше, — и снова будет готов свернуть горы. В заботах о нём она не сразу вспомнила о том, что они оба упустили…
