Лариса выдохнула, набрала номер Галины. Та сразу обрадовалась, заговорила о своих делах: давно не слышались, зять опять пришёл не в себе, внучка упрямится и не хочет заниматься музыкой. Лариса терпеливо дождалась паузы.
— Галя, мне нужна помощь. Срочно. Найди человека: Гончаренко Платон Михайлович, примерно двадцать шестой год рождения. Может быть, в городе, может, где-то за городом. Очень надо.
На другом конце провода стало тихо.
— Что случилось?
— Потом расскажу. Сейчас сама не понимаю до конца. Найди, если сможешь.
— Перезвоню.
Она перезвонила меньше чем через час. Всё это время Лариса ходила от окна к столу, от стола к комнате, то брала чашку, то ставила обратно.
— Записывай, — сказала Галина без вступлений. — Гончаренко Платон Михайлович. По возрасту подходит. В списках один. Сейчас в доме-интернате для пожилых людей, в небольшом посёлке за городом. Родных нет. Добраться можно пригородным автобусом от автовокзала. Только, Ларис, ему почти сто. Бывает ясный, бывает путает. Готовься.
Лариса поблагодарила и положила трубку. Несколько секунд стояла у телефона, не двигаясь. Потом пошла к Максиму.
Он сидел на полу возле дивана и крутил колесо старой жестяной машинки. Когда-то она была зелёной, теперь краска облезла до серого металла.
— Нашли, — сказала Лариса.
Мальчик поднял голову.
— Он живой?
— Живой. Только не в городе. В доме для пожилых за городом. Поедем сегодня.
Глаза у него расширились.
— Сейчас?
— Сейчас. Одевайся. Куртку, шапку. Шарф есть?
— Нет.
— Возьмёшь мой серый. Там холодно…
