Первые дни новая схема казалась Роману безупречной. После работы он ехал к матери, съедал все, что появлялось на столе, пользовался ее ванной и стиральной машиной, а иногда оставался ночевать на старом диване. Дома Олеся не спорила и не пыталась вернуть его разговорами. Она спокойно готовила себе красную рыбу, смотрела сериалы на планшете, а затем выполняла упражнения.
Так продолжалось три недели. Роман считал, что выдерживает осаду, хотя расходы на его независимость несла уже не жена, а пожилая мать.
Галина Мироновна придерживалась строгих взглядов на семейные роли, но считать деньги умела превосходно. Ее пенсия не становилась больше от того, что сын ежедневно уничтожал запас мяса, сыра и фруктов, рассчитанный на неделю. К концу третьей недели в кошельке осталось совсем немного.
В тот вечер Роман снова открыл ее холодильник и потянулся за копченой колбасой. Мать встала между ним и полкой.
— Ромчик, ты бы хоть раз продукты купил, — осторожно начала она. — У меня до конца месяца всего три тысячи. Пенсия у меня обычная, не бездонная.
Она говорила все еще мягко, по-матерински, однако ладонь с дверцы холодильника не убрала. Роман впервые заметил, что полки за ее спиной почти опустели, а привычная тарелка с нарезкой исчезла со стола.
— Мам, сейчас трудный период. Олеся меня почти разорила, — привычно заныл он. — Мне надо сохранить свои средства. Я вкладываюсь в себя.
Галина Мироновна нахмурилась. Поддерживать сына словами было легко. Ежедневно оплачивать его аппетит оказалось куда менее приятно.
— Погоди. Ты же сам говорил, что жене ничего не даешь. Куда тогда исчезают деньги?
Роман отвел взгляд.
— У меня расходы.
— Я вчера видела квитанцию. Ты новый контроллер для приставки заказал. Значит, на игрушку средства нашлись, а мать обязана кормить тебя супом?
— Мне тоже нужно нормально отдыхать. Это полезная покупка, — обиженно возразил он.
— Полезная покупка, значит…
Мать произнесла это медленно. В ее глазах впервые мелькнуло понимание того, почему невестка перестала оплачивать чужой комфорт. Роман уловил перемену в голосе и поспешил уйти, пока осторожный намек не превратился в прямое требование участвовать хотя бы в расходах на еду.
До следующего десятого числа оставалось четыре дня. Он решил продержаться, получить зарплату, купить самые дорогие деликатесы и устроить показательный пир. Ему хотелось доказать жене, что ее холодильник, замки и запреты ничего не значат.
В пятницу, ровно в половине третьего, телефон коротко звякнул. На карту поступили девяносто пять тысяч. Роман расправил плечи прямо за рабочим столом и даже на начальника посмотрел с едва заметным превосходством.
После работы он зашел в магазин деликатесов. В корзину легли банка красной икры, свежий хрустящий багет, сливочное масло и копченое мясо. С покупками Роман отправился к матери, чтобы устроить победный ужин.
Галина Мироновна открыла дверь без прежнего восторга. Икра, однако, немного смягчила ее. Мать поставила чайник и нарезала хлеб. Роман щедро намазывал масло, выкладывал сверху блестящие икринки и наслаждался ощущением полного триумфа.
Именно тогда зазвонил телефон. На экране высветилось имя жены…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» ниже рекламы👇👇👇
