Поздно ночью Роман позвонил Олегу, знакомому следователю, давнему другу брата, с которым вырос в одной семье. Они виделись нечасто, но отношения сохранились тёплые, и Олег, услышав голос Романа, сразу понял: дело серьёзное.
— Ты меня не разбудил? — спросил Роман.
— Уже разбудил, так что говори.
Роман рассказал всё: аварию, пустеющие букеты, камеру, Даню, описание Олеси. Слова давались трудно. Он сам слышал, как безумно звучит эта история, и всё же не мог молчать.
— Мне нужно понять, возможно ли такое, — сказал он в конце. — Может, мальчик фантазирует. Может, я схожу с ума. Но если она действительно жива, зачем?
Олег не стал смеяться. Попросил полчаса и отключился. Роман сидел на кухне перед остывшим чаем, глядя на тёмное окно. Полчаса растянулись в вечность. Когда телефон снова зазвонил, он вздрогнул так, будто ждал приговора.
— Версия простая и неприятная, — сказал Олег без вступлений. — Похоже, всё из-за денег. Жизнь твоей жены была застрахована. Выплату получил некий Глеб Руденко. Имя тебе что-нибудь говорит?
Телефон выскользнул из пальцев и глухо ударился об пол. Роман наклонился, поднял его, не сразу попал пальцем по кнопке.
— Повтори, — попросил он хрипло. — Олеся была застрахована? На случай смерти?
— Да. Сумма большая. Руденко — программист, работает удалённо, разведён. Были мелкие проблемы из-за пьяных скандалов, ничего серьёзного. Недавно внёс крупную сумму по долгам. Похоже, из этих денег.
Именно в ту минуту, когда Роман почти поверил, что Олеся жива, она по-настоящему умерла для него. Не телом — тем образом, который он любил, оплакивал, защищал от собственных сомнений. На его месте осталась холодная пустота…
