Назар растерянно посмотрел на жену, будто ждал от неё ответа, который избавит его от необходимости думать. Но Ярина уже поставила чашку на тумбочку и подошла к свекрови. Без суеты, без резких движений она взяла сумку за уцелевшую ручку. Галина Мироновна попробовала удержать её, но пальцы Ярины сомкнулись крепко.
Сумка была неплохой копией дорогого бренда: плотный кожзам, аккуратная строчка, металлические кольца. Ярина подняла её к свету в прихожей и внимательно рассмотрела место, где якобы вырвали ручку. Кольца оставались целыми, не погнутыми, без следов рывка. Сам ремешок тоже рассказывал не ту историю, которую только что рыдала свекровь. Если бы его выдрали силой, край растянулся бы, растрепался, пошёл неровными лохматыми волокнами. Здесь же срез был гладкий, ровный, почти блестящий.
— Забавный у вас грабитель, — сказала Ярина тихо. — Не рвёт, не кромсает, а режет аккуратно, будто по линейке. Видимо, человек с хорошим инструментом и тонкой моторикой.
— Что за глупости! — взвизгнула Галина Мироновна. На лбу у неё выступили мелкие капли пота. — Он дёрнул так, что всё лопнуло!
— Где именно это случилось?
— Да тут, за углом, возле аптеки, — выпалила свекровь, ткнув пальцем куда-то сквозь стену. — Я за ним ещё побежала, кричала, а он в кусты нырнул и исчез.
— Возле аптеки, значит. Хорошо.
Ярина достала телефон и открыла контакты. Нужный номер был записан коротко: «Богдан, камеры». Богдан, один из самых деятельных жильцов дома, считался местной достопримечательностью. После того как подростки испортили ему машину, а управляющая служба развела руками, он добился согласия жильцов и поставил по периметру дома новые камеры. Теперь двор, арки, выходы к улице и тот самый угол возле аптеки просматривались так тщательно, будто здесь охраняли не подъезд, а закрытый объект. Ярина недавно помогла Богдану составить претензию к интернет-провайдеру, и с тех пор он относился к ней с особым уважением…
