Роман Мельник не считал себя человеком старым, но всё чаще ловил себя на том, что половина жизни уже осталась где-то позади. Невысокий, подтянутый, с внимательными тёмными...
Утро в квартире Ковальчуков началось не с весеннего света и не с птичьего щебета за окном, а с голоса Мирона Петровича. Его баритон, плотный и поставленный,...
В старом ведомственном архиве теперь не найти ни папки, ни описи, ни даже косой карандашной пометки на полях. Люди, успевшие однажды увидеть серую обложку, потом уверяли,...
— Правее бери, только стены не задень. Тренажёр Олеси пока поставим в нашей спальне, — бодро распоряжался Тарас, подпирая ладонями бока и наблюдая, как грузчик протискивает...
Ночная мгла накрыла большой город тяжёлой влажной пеленой. Ливень колотил по стеклу так яростно, словно снаружи в окна бросали горсти ледяной воды. Я сидела в гостиной...
Василь Лукьянович заметил Марьяну через запотевшее автобусное стекло и будто врос подошвами в мокрый снег. Дочь сидела у окна, прижимая к себе маленького Левко; мальчик дремал...
Оксана Мироновна сидела в тесной приёмной нотариальной конторы и так вцепилась в ремешок своей сумки, будто держалась за него на краю обрыва. Сумка была старая, потёртая...
Серое утро висело над вокзалом низко, как мокрая простыня. День будто не решался начаться: фонари ещё горели, но свет от них был слабый, усталый, рассыпанный по...
